19–20 января в Бейруте на искусственном острове у берега Средиземного моря прошёл 4-й экономический саммит Лиги арабских государств.

Мероприятие стало знаковым и судьбоносным для арабского мира. Решения, принятые на саммите, свидетельствуют об усталости региона от войн и социальных экспериментов («арабская весна»), национальные руководители осознают необходимость усиления интеграционных процессов, взаимопомощи, исключения межнациональных распрей и пресечения негативного внешнего влияния.

Почему этот саммит важен для нас — белорусов, русских, украинцев? Дело всё в том, что с 2010 года развитие ситуации в регионе стран Лиги арабских государств (бархатные революции и гражданские войны) является своего рода возможной проекцией будущего, уготовленного для славянских народов (нас с вами) со стороны заокеанских «доброжелателей». Суть их сводится к одному усилить противоречия народов, повергнуть регион, подобно арабскому миру, в пучину междоусобных войн и на долгие годы затормозить социально-экономическое развитие Беларуси, России и Украины (на Украине это уже реализуется).

Арабские страны прошли через это и сейчас совместно приходят к одному общему выводу: необходимо объединяться и усиливать поддержку друг друга, развивая и укрепляя мир вместе.


Лига арабских государств (далее ЛАГ) — региональная межправительственная организация, созданная в 1945 году. В ЛАГ входят 18 арабоязычных стран, Государство Палестина и три мусульманские страны Восточной Африки (Коморы, Сомали и Джибути). Общая площадь стран — членов ЛАГ составляет более 5,25 млн кв. миль, численность населения — более 500 млн человек. Общая совокупная ВВП составляет более 2,5 трлн долларов.

Основное внимание в ходе 4-го экономического саммита ЛАГ уделялось вопросам объединения финансовых возможностей стран Лиги для решения экономических проблем, преодоления миграционного кризиса, безработицы, а также развитию цифровой экономики и модернизации.

Важными проектами, рассмотренными в ходе саммита, стали предложения по созданию Арабского инвестиционного фонда, Фонда развития цифровой экономики, Таможенного союза (снятие таможенных барьеров между странами ЛАГ), Арабской зоны свободной торговли.


Рис. 1. Динамика ВВП наиболее экономически крупных государств ЛАГ (Саудовская Аравия, ОАЭ, Катар, Оман, Бахрейн). Совокупно — около 1,34 млрд долларов. По данным Всемирного банка.


Рис. 2. Динамика темпов роста ВВП (в %) наиболее экономически крупных государств ЛАГ (Бахрейн — 3,88 %, Катар — 1,596 %, ОАЭ — 0,79 %, СА — минус 0,735 %, Кувейт — минус 2,86 %). По данным Всемирного банка.

Основной список предложений шёл от президента Ливана Мишеля Ауна. С его слов, арабские страны переживают сложности из-за внутренних конфликтов, которые разрушают не только их экономику, но и экономику соседних стран (например, вследствие наплыва беженцев из Сирии). Остро стоит вопрос повышения уровня взаимодействия между арабскими государствами для преодоления общих вызовов.


Именно Мишель Аун предложил в течение трёх ближайших месяцев 2019 года провести встречи в Бейруте и обсудить проект Арабского инвестиционного фонда, который способствовал бы реконструкции и развитию государств, пострадавших от военных конфликтов.

Идея создания Фонда развития цифровой экономики принадлежит также Мишель Ауну, его суть заключается в аккумулировании средств ЛАГ для последующего инвестирования в модернизацию экономик всех стран Лиги, в том числе путём цифровизации. Такую инициативу поддержали Катар и Кувейт; уполномоченные представители этих стран в ходе саммита заявили о готовности выделить по 50 млн долларов в данный фонд.

Отдельным пунктом рассматривалось предложение о снятии таможенных барьеров между странами ЛАГ и создании общего Таможенного союза и Арабской зоны свободной торговли. Такие «объединения» и условия ведения торговли станут основой для интенсивного развития экономик стран — членов Лиги и формирования общего арабского рынка.

Ключевые намерения по созданию фондов, Таможенного союза и т. д., в том числе вопросы модернизации арабского общества (более широкого привлечения молодёжи и женщин в политическую и экономическую жизнь), были в последующем зафиксированы в итоговой декларации саммита.

Справка. Следует понимать, что такая модель объединения (фонды, Тамсоюз, ЗСТ) является одним из этапов процесса глобализации, так называемая регионализация — интеграция стран отдельных регионов в общности для последующего слияния региональных союзов в единый глобальный мир и рынок. Такие процессы финансируются и поддерживаются исключительно крупными западными транснациональными финансово-производственными структурами. 


Примечательно, что за неделю до саммита в Бейрут прилетал помощник госсекретаря США Дэвид Хейл, который заявил о готовности США и дальше оказывать военную поддержку Ливану (с 2008 года такая «помощь» Вашингтона превысила 1,5 млрд долларов). В ходе визита Дэвид Хейл критиковал действия Ирана и ливанского шиитского движения «Хезболлах» на Ближнем Востоке.

Но, по мнению экспертов, ключевой целью визита американца являлись недопущение участия в саммите президента Сирии Башара Асада и пресечение принятия решения о возобновлении членства этой страны в Лиге (исключена с 2011 года, после начала гражданской войны). 

Активность США привела к отсутствию на саммите представителей Ливии и Сирии, т. е. тех стран, которые приняли на себя весь удар вооружённых конфликтов в регионе. При этом в итоговую декларацию не вошли положения о возвращении Дамаска в ЛАГ.

Справка. Саммит ЛАГ посетил эмир Катара, шейх Тамим бен Хамад Аль Тани, и президент Мавритании Мохамед ульд Абдель Азиз. В президиуме к ним присоединился президент Ливана Мишель Аун. Остальными 17 делегациями руководили главы правительств и министры.

Делегация из Ливии отказалась от участия — ливанские шииты пообещали устроить массовые акции протеста в случае её прибытия.

«Низкий уровень участия в саммите в Бейруте является частью иностранного давления на Ливан. Другого объяснения нет», — пояснил заместитель спикера парламента Ливана Или Аль-Фарзли.

Вместе с тем ряд арабских экспертов отметил, что, несмотря на усилия США, окончательно достичь желаемого результата им не удалось. Сирийский вопрос с самого начала форума оказался в центре внимания. Арабские страны, выступавшие ранее за свержение Башара Асада, вынуждены признать его победу и поражение Запада и на этом фоне начинают восстанавливать официальные дипломатические контакты с Дамаском.

Вопрос возвращения Сирии в ЛАГ планируется обсудить на встрече лидеров стран ЛАГ в марте 2019 года.

Лидерами в данном процессе стали ОАЭ и Бахрейн, которые восстановили работу своих посольств в Сирии в 2018 году. Тогда же Иордания открыла КПП на границе с Сирией. В декабре прошлого года с официальным визитом Сирию посетил президент Судана Омар Башир.

В настоящее время Ирак и Ливан наиболее активно выступают за восстановление членства Сирии в ЛАГ. Министр иностранных дел Ливана Джебран Басиль заявил, что членство Сирии в Лиге входит в интересы арабских стран.

Причина такой активности имеет прагматичный характер. Арабские страны стремятся заполучить хоть какую-то возможность влиять и принимать участие в переговорных процессах по Сирии. По мнению экспертов, исключение Сирии из ЛАГ в 2011 году стало для арабского мира большой стратегической ошибкой.

Арабский мир в настоящее время переживает трудный переходный период после провала арабских революций и разногласий между арабскими странами. Сама Лига потеряла прежний вес, так как не смогла выступить в качестве переговорной площадки для разрешения межгосударственных кризисов. В качестве варианта восстановления позиций Лиги ряд руководителей арабских государств высказывается за преобразование её в некий региональный союз, но при условии вовлечения в него Ирана и Турции (так как без них такое объединение вновь будет неполноценным).

Ситуация в регионе показала, что отмежеваться от проблем отдельной страны нельзя. Сильные социально-экономические связи (падение товарооборота, вынужденная миграция, распространение оружия, терроризма и насилия) между государствами не позволяют одной стране справиться самостоятельно со своими внутренними проблемами, для их решения требуются общие решения и коллективная работа.