В основе ультиматума Лондона лежат глубокие экономические проблемы Великобритании. Британцы пытаются решить свои экономические проблемы за счёт переключения внимания на Россию.      

Резкий рост негативной информационной кампании против России со стороны британских и западных СМИ в виде отравления С. Скрипаля и его дочери накануне президентских выборов в РФ формирует только один вопрос: что является первопричиной (самоцелью) таких действий Великобритании.

В настоящий момент уже, в принципе, понятно, что попытка западных мозговых центров в очередной раз очернить Россию и вызвать череду санкций провалилась. Зачем же нужна была такая непрофессиональная «авантюра» правительству Т. Мэй? Для понимания политики в очередной раз обратимся к сухой экономической статистике и посмотрим, что происходило в преддверии этих событий.

Оценка ключевых финансово-экономических и социальных показателей демонстрирует, что, начиная с конца 2017 — начала 2018 г., в экономике Великобритании накапливались негативные тенденции и процессы.

Так, наблюдался постепенный тренд на снижение темпов экономического роста и объёмов ВВП.

Рис. 1. Динамика темпов роста ВВП Великобритании в период с 2010 по 2018 г. (проценты)


Рис. 2. Объёмы ВВП Великобритании в период с 2008 по 2016 г. (млрд долл. США)


Одновременно происходило нарастание внешнего долга Великобритании, который превысил 620 млрд фунтов.

Рис. 3. Динамика внешнего долга Великобритании в 2010–2017 гг. (млн фунтов стерлингов)


Рост внешнего долга объясняется увеличением объёмов отрицательного торгового баланса и падением прямых иностранных инвестиций. В январе 2018 г. торговый баланс превысил «минус» 3,074 млрд фунтов стерлингов, прямые иностранные инвестиции опустились на уровень 9,48 млрд фунтов стерлингов.

Рис. 4. Торговый баланс Великобритании в 2010–2017 гг. (млн фунтов стерлингов)


Рис. 5. Прямые иностранные инвестиции Великобритании в 2010–2017 гг. (млн фунтов стерлингов)


Одновременно наблюдался рост долга правительства к ВВП до уровня 88,3 % к национальному валовому внутреннему продукту.

Рис. 6. Динамика роста доли долга правительства Великобритании к ВВП в 2008–2016 гг. (проценты к ВВП)


При этом происходило параллельное снижение оборонного бюджета с 64,23 до 54,22 млрд долл. США, что во многом объясняется направлением значительных средств госбюджета на погашение внешней задолженности.

Рис. 7. Динамика оборонных ассигнований за 2008–2016 гг. (млн долл. США)


На фоне негативных тенденций в экономике с 2017 года наблюдался рост уровня доходности по гособлигациям Великобритании. Иными словами, Великобритании из-за ухудшения её экономического положения приходилось заимствовать на внешнем рынке ликвидные денежные средства по высокой стоимости (ставке) в связи с более значительными рисками в её экономике. Деньги на внешних рынках для Великобритании становились дороже.

Рис. 8. Динамика стоимости гособлигаций Великобритании в 2008–2018 гг. (проценты доходности)


С января 2018 г. имеет место постепенное снижение основного британского фондового индекса FTSE100, что может свидетельствовать об оттоке денежных средств с Лондонской фондовой биржи и снижении капитализации компаний, акции которых котируются на фондовой бирже Лондона.

Рис. 9. Динамика индекса FTSE100 в 2010–2018 гг.


В связи с тем, что доля услуг в ВВП составляет более 74 % и в основном формируется за счёт банковских, финансовых (биржи — фондовые, валютные, финансовые), страховых видов деятельности, то любые негативные тенденции формируют сильные предпосылки к дальнейшему ухудшению экономического положения Великобритании.

Рис. 10. Доли видов деятельности в ВВП (проценты к ВВП)


Рис. 11. Динамика доли услуг в ВВП Великобритании в 2008–2018 гг. (млн фунтов стерлингов)


Как результат отрицательных финансово-экономических процессов, стало наблюдаться увеличение количества безработных, а также ускорение инфляционных процессов.


Рис. 12. Динамика численности безработных Великобритании (проценты к экономически активному населению)


Рис. 13. Динамика темпов инфляции в 2010–2018 гг.


Вышеописанные тенденции свидетельствуют, что правительство Т. Мэй не справляется с задачами по поддержанию высокого уровня привлекательности Великобритании и её финансовых рынков для инвесторов и крупного мирового капитала. Негативные процессы в финансовой сфере сказываются и на реальной экономике страны, что выражается в росте безработицы, падении доходов населения, покупательской способности и росте инфляции.

Для восстановления своих инвестиционных и политико-экономических позиций Великобритании важно было предпринять ряд информационно-пропагандистских мер по демонстрации своей «незыблемой значимости и роли» как финансового центра и центра силы.

С этой целью, скорее всего, и было инициировано «дело Скрипаля» как попытка правительства Т. Мэй, во-первых, «отбить» атаку своих внутренних оппонентов в обвинении её кабинета в экономическом спаде за счёт внешнего врага в лице России, во-вторых, выступая с позиции ультиматума России, продемонстрировать остальному миру (капиталу, инвесторам) свою особую значимость и политико-экономическую силу.

Однако такая «авантюра» изначально не смогла достигнуть своих результатов в первую очередь из-за того, что применённый метод «атаки» и схема её раскрутки уже устарели (много раз использовались в информационных противоборствах против России), потеряли свою новизну, что привело к восприятию данной «кампании» большинством здравого мирового политического истеблишмента (КНР и др. стран) как плохо сыгранной пьесы.