Планы руководства Беларуси по развитию IT-сектора выглядят достаточно привлекательно и подкреплены некоторыми реальными достижениями в этой сфере. Государственная задача по преобразованию Беларуси в IT-страну, когда данная отрасль станет локомотивом экономики, перекликается с установками, которые озвучил Александр Лукашенко, выступая на ІІ–ом съезде учёных Республики Беларусь.

Напомним, что, по мнению главы государства, «неизменной является главная задача — повышение научно-технического потенциала страны, ускорение внедрения в реальный сектор экономики разработок ученых». Президент также отметил достижения белорусской науки в области энергетики, фармацевтики, военных технологий и сельского хозяйства. В этой связи логично, что по индексу знаний Беларусь занимает 45-е место среди почти 200 стран, улучшив этот показатель на 14 пунктов за последние пять лет.

Вместе с тем Лукашенко выразил определённое беспокойство в связи с тем, что удельный вес отгруженной инновационной продукции в 2016 году составил чуть больше 16%, а в нынешнем — 17%. Хотя, согласно Концепции национальной безопасности, этот показатель не должен быть ниже 20%. При этом «доля подлинно инновационной, новой для мирового рынка белорусской продукции незначительная — порядка 2%», заявил глава государства. 

Таким образом, если отталкиваться от выступления Александра Лукашенко и планов по активному внедрению наукоёмких технологий, то можно выделить несколько тенденций:

  • руководство Беларуси всерьёз рассчитывает построить «экономику знаний», которая будет существовать параллельно с наиболее жизнеспособными остатками советской промышленной индустрии;
  • Беларуси удалось добиться определённых успехов на пути развития научно-технического прогресса;
  • темпы внедрения научных разработок не отвечают амбициозным планам руководства страны и Концепции национальной безопасности.
Это значит, что возникает серьёзный вопрос о конкурентоспособности белорусской науки на фоне иных государств, причинах существующих недостатков, а также вообще о реалистичности планов по развитию инновационного государства в Беларуси. Представляется, что белорусскую ситуацию в сфере науки и технологий целесообразно рассматривать в привязке к аналогичным отраслям в России, а также в контексте иных государств постсоветского пространства, в первую очередь входящих в ЕАЭС и ОДКБ.

Здесь нужно понимать, что развитие НТП — это не только возможность, но и явный вызов, связанный с изменением т. н. «структуры капитала», которая была описана ещё Карлом Марксом как «соотношение прибавочной стоимости к сумме машинного труда и труда наёмных людей». История человечества свидетельствует о том, что изменения в этом соотношении всегда приводили к существенным социальным потрясениям и трансформации геополитической картины мира. Данный вопрос приобретает всё большую значимость в наше время, которое отдельные исследователи называют «транзитным периодом», то есть на рубеже замены интеллектуального труда человека работой современных самообучающихся нейронных систем, роботизацией и автоматизацией многих процессов. Как отмечает автор СОНАР-2050 Алексей Авдонин, «фактически на наших глазах поднимается очередная волна трансформации структуры капитала, связанная с повсеместным внедрением IT-технологий».


Таким образом, в связи с ожидаемыми трансформационными процессами для бывших советских республик, оказавшихся с распадом СССР фактически на периферии мирового развития, появляется уникальный шанс заявить о себе в новом качестве инновационных экономик либо безнадёжно отстать на неопределённую перспективу.

Постсоветские государства в структуре мировых инвестиций в НИОКР

На настоящем этапе, согласно последним данным Института статистики ЮНЕСКО, мировой вклад в развитие НИОКР превысил рекордный показатель в 1,7 триллиона долларов США, при этом на 10 ведущих стран приходится порядка 80% от всей суммы инвестиций. Лидерами по отчислениям в процентном соотношении от национального ВВП являются такие государства:

  1. Израиль — 4, 4%,
  2. Южная Корея — 4, 4%,
  3. Япония — 3, 4%,
  4. Финляндия — 3, 2%,
  5. Швеция — 3, 1%,
  6. Дания — 3, 1%,
  7. Австрия — 3, 1%,
  8. Швейцария — 3%,
  9. Германия — 2, 9%,
  10. США — 2, 8%.

В абсолютном денежном выражении основными инвесторами в НИОКР являются:

  1. США — 479,358 млрд долларов,
  2. Китай — 370,589,
  3. Япония — 170,589,
  4. Германия — 110,170,
  5. Корея — 73,216,7,
  6. Франция — 59,581,
  7. Индия — 48,063,
  8. Великобритания — 44,202,
  9. Россия — 39,863,
  10. Бразилия — 38,447,9.

Отдельно необходимо продемонстрировать показатели Сингапура, который, пожалуй, является едва ли не единственным в мире государством, которое, по словам бывшего генсека ООН Кофи Аннана, сумело воплотить в жизнь мечту развивающихся стран — осуществить прорыв «из третьего мира в первый».


Сингапур: 2,2% от национального ВВП, 10 068 200 000 долларов США вложений в чистом денежном выражении, 6 658 ученых на 1 миллион жителей.

Что касается бывших советских республик, то ситуация с вложениями в НИОКР выглядит следующим образом:

Страна

Расходы от ВВП, %

Расходы в денежном выражении (млн долларов)

Количество ученых на 1 миллион населения

Азербайджан

0, 2

352 417 200

неизвестно

Армения

0, 2

58 935 600

неизвестно

Беларусь

0, 5

907 157 700

неизвестно

Грузия

0, 2

63 512 600

1059

Казахстан

0, 2

718 326 000

734

Кыргызстан

0, 1

24 518 300

неизвестно

Литва

1

850 990 500

3111

Молдова

0, 4

66 112 200

651

Российская Федерация

1, 1

39 863 000 000

3101

Таджикистан

0, 1

25 726 000

неизвестно

Узбекистан

0, 2

345 125 500

517

Украина

0, 6

2 428 400 000

1026

Эстония

1, 5

545 000 000

3284

Таким образом, в процентном соотношении к ВВП наиболее высокие результаты у Эстонии, Российской Федерации, Литвы, Украины и Беларуси, в денежном выражении — у Российской Федерации, Украины, Беларуси, Литвы, Казахстана. Тем не менее общая картина постсоветских стран выглядит достаточно негативно в сравнении с показателями развитых государств.

С учётом того, что бывший СССР инвестировал в НИОКР около 5% от ВВП, показатели РФ также необходимо признать низкими и явно недостаточными для того, чтобы претендовать на роль сверхдержавы.

Отдельного внимания заслуживают данные таблицы, свидетельствующие о самых низких показателях вложений в НИОКР как в процентном, так и в денежном выражении, которые наблюдаются у Таджикистана и Кыргызстана. Представляется, что увеличение инвестиций в науку и технологии как минимум до показателя в 0,5–1% от национального ВВП существенно повысило бы привлекательность вложений в экономику данных государств в понимании иностранных инвесторов, что, в свою очередь, позволило хотя бы отчасти сдержать отток талантливой молодёжи.

Политика стран Азии по стимулированию научно-технического прогресса

В этом контексте серьёзный исследовательский интерес представляет позитивный опыт ряда государств, в настоящее время входящих в состав форума Азиатско-Тихоокеанского Сотрудничества (АТЭС). В первую очередь имеются в виду такие страны, как Сингапур, Южная Корея и Япония, которые являют собой практический пример развития производственного потенциала и внедрения достижений научно-технического прогресса с привлечением к сотрудничеству мировых ТНК. В своё время в целях развития собственного научно-технического потенциала, а также по причине ужесточения международных правил в отношении охраны интеллектуальной собственности эти государства расширяли приобретение технологий путём закупки патентов и лицензий. Например, в 60-е годы прошлого века Япония первой среди азиатских государств выступила в качестве крупнейшего покупателя патентованных технологий, а затем к этому процессу присоединились и другие страны.

С течением времени КНР, Индия, Сингапур, Тайвань и Республика Корея превратились в научно-технические и опытно-промышленные центры, куда ведущие международные корпорации начали переводить подразделения, занимающиеся НИОКР (научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы), или создавать их отделы. И хотя значительная часть исследований такого рода была нацелена на изучение местных рынков и подгонку имеющихся товаров и разработок под существующий локальный спрос, этот канал сотрудничества заметно улучшает доступ развивающихся стран к современным технологиям.

Иными важнейшими направлениями в движении к самостоятельности в сфере науки и техники были организация специального и высшего образования, а также создание собственной государственной политики по финансированию НИОКР, расходы на которые можно считать разновидностью инвестиций и одной из наиболее эффективных форм накопления.

Уже к 2005 году на страны Азии пришлась примерно треть мировых расходов на НИОКР, причём самые высокие показатели были в Японии — 3,0% от ВВП. Для сравнения: в КНР этот показатель составлял 1,3%, в Индии — 1%, в Малайзии — 0,7%, на Филиппинах — 0,1%, в Таиланде — 0,2%. В абсолютном же выражении, то есть по затратам на НИОКР, в Азии лидировал Китай — свыше 130 млрд долларов (примерно 12% мировых расходов). Примерно столько же пришлось на Японию, далее следовали Индия (3%), Республика Корея (2,5%) и Тайвань (1,5%).

При этом на долю государственного сектора и частных компаний приходились примерно равные показатели финансирования НИОКР, а в ряде стран государство и вовсе покрывало большую часть расходов. Например, в Индонезии участие государства составляло порядка 80% от всех вложений, в Индии — свыше 50%, а в Китае научные исследования и разработки в принципе ведутся преимущественно государственными структурами и корпорациями.

Понятно, что за короткий срок достаточно сложно создать современную инновационную систему, поэтому у большинства азиатских государств сохраняется зависимость от внешних источников технологий, однако внимание государства к НИОКР позволило существенно сократить отрыв между этими странами и ведущими державами Запада.

По результатам 2015 года (данные Всемирной организации интеллектуальной собственности, WIPO) Китай стал мировым лидером по числу зарегистрированных патентов, количество которых составило более 1,101 млн изобретений, при этом в годовом выражении рост составил 18,7%.

На втором месте по числу зарегистрированных патентов в 2015 году оказались США — 589,41 тыс. патентов, рост на 1,8% в годовом выражении. Третье место заняла Япония, зарегистрировавшая 318,721 тыс. изобретений; однако за минувший год страна снизила объём регистрируемых патентов на 2,2%. Российская Федерация с результатом 45,571 тыс. зарегистрированных патентов заняла 8-ое место. При этом в отношении КНР имеются данные, что порядка 70–80% от зарегистрированных патентных заявок имеют местное происхождение.

Помимо всего прочего, расходы на НИОКР приносят высокую экономическую и социальную отдачу, причём эта отдача выше в бедных странах, чем в богатых, что подтверждается соответствующими исследованиями экспертов Конференции ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД).

Достижения Беларуси и рекомендации

Необходимо отметить, что ориентация многих развивающихся государств в начале — середине 2000-х на создание собственных «силиконовых долин» (наподобие США) в настоящее время даёт хорошие результаты в виде дополнительных источников роста ВВП, экспорта и валютной выручки.

В данном контексте весьма достойным примером является деятельность Парка высоких технологий (ПВТ) в Беларуси, где сосредоточены ведущие компании национального IT-сектора и иностранные партнёры. Достаточно отметить, что в 2016 году ПВТ продемонстрировал рост в 19%, притом что мировой рынок IT последние годы растёт максимум на 3% в год.

Объём экспорта Парка высоких технологий увеличился на 16% и составил 820,6 миллиона долларов США, что превышает выручку известных белорусских промышленных флагманов, таких как МАЗ, БелАЗ и пр. Доля экспорта в общем объёме производства Парка составила 91%. На сегодняшний день в Парке зарегистрировано 165 компаний-резидентов, в которых занято около 30 тысяч человек. ПВТ рассматривается белорусским руководством в качестве одного из основных звеньев по развитию в стране инновационной экономики, что является главным приоритетом суверенного будущего Беларуси. При этом Парк не только выполняет функцию одного из ведущих белорусских экспортёров, но через свою деятельность в странах США и Западной Европы (более 90% экспорта) развенчивает многие нездоровые стереотипы о Беларуси, когда на страницах ведущих западных изданий вместо набивших оскомину историй о «последней диктатуре Европы» появляются достаточно позитивные материалы о «стране программистов».


План застройки ПВТ. Создание IT-города.

Интересно, что белорусский опыт в деле построения IT-кластеров сейчас пытается использовать правительство Узбекистана, которое рекрутировало в качестве консультанта экс-директора ПВТ Валерия Цепкало. Иным важным направлением является объединение усилий по построению экономики знаний всех государств Евразийского экономического союза, так как парки, аналогичные ПВТ, имеются и в других странах — участниках ЕАЭС. Речь идёт как о создании современного рынка заказчиков IT-продуктов внутри интеграционных объединений (Союзное государство, ЕАЭС и т. д.), так и рынка производителей таких продуктов в виде объединения уже имеющихся площадок: ПВТ (Республика Беларусь); «Сколково», «Иннополис» (Российская Федерация), Технопарка «Алатау» (Казахстан); Гюмрийского технологического центра, Ванадзорского технопарка (Армения). Думается, что на этом направлении возможно использование потенциала центральноазиатских государств, в том числе оказание им научно-образовательной помощи для подготовки кадров, что позволит рассматривать их экономику не только в качестве поставщика рабочей силы и источника спекулятивной торговли, но как часть инновационного проекта будущего.

Тем не менее, очевидно, что уровень внимания к науке, включая финансовые вложения, со стороны государств постсоветского пространства, включая Россию и Беларусь, явно недостаточный. Одновременно для экономик государств ЕАЭС, за исключением РФ, вряд ли возможно существенно повысить финансирование НИОКР в абсолютном денежном выражении, что, естественно, не отменяет необходимости увеличить вложения в науку в соотношении с национальным ВВП.

Таким образом, получается, что усилия по развитию науки и технологий государств ЕАЭС/ОДКБ выглядят разрозненными, что осложняет их конкурентоспособность наряду с ведущими мировыми державами.

Даже такие успешные проекты, как белорусский ПВТ, не ориентированы на получение конечного продукта интеллектуального труда с высокой добавленной стоимостью, а выполняют работы по оказанию услуг в интересах крупных западных корпораций. В этой ситуации государства ЕАЭС обречены на технологическое отставание по многим позициям в сравнении с иными научными центрами мира (ЕС, США, АСЕАН, КНР). Подобное развитие событий чревато формированием актуальных угроз безопасности в будущем, так как на настоящем этапе т. н. «технологическое эмбарго» уже является одним из краеугольных камней американской политики «сдерживания России». Надежды на Китай как источник новейших технологий представляются призрачными, что подтверждается историей сотрудничества с Пекином, который охотно предоставляет связанные кредиты, получает доступ к природным ресурсам и рынку стран-партнёров, однако не желает расставаться со своими технологическими секретами, отказывая в передаче патентов на производство даже быстроизнашивающегося оборудования и деталей.

То есть в конечном итоге только союзное понимание, создание программ НИОКР для ЕАЭС, формирование внутреннего рынка заказчиков и использование всего ресурсного и научного потенциала союза способны сформировать достойный центр научного развития в регионе Северной Евразии.

Исходя из своей исторической роли на этом пространстве и реальных возможностей на настоящем этапе, именно Россия должна стать основным заказчиком научно-технического прогресса в странах ЕАЭС и выгодополучателем от его позитивных результатов в итоге. Что касается Беларуси, то думается, что успех планов белорусского руководства в немалой степени зависит от сотрудничества с российскими учёными, эффективности политики по побуждению России к модернизации и научной кооперации. Если действовать в этом направлении разрозненно, то, пользуясь выражением Александра Лукашенко, наши страны ожидает место в 20-м вагоне в системе мировой экономики.