Наступает традиционное время подведения итогов уходящего года. В этом материале мы решили напомнить о наиболее ярких и знаковых событиях союзной интеграции за 2017 год. Не всё из того, о чём пойдёт речь ниже, можно считать состоявшимся. С другой стороны, лучше немного поторопить события, чем помочь им кануть в безвестность

Учения «Запад-2017»

Из-за общего названия (изменился только год) учения «Запад-2017» в СМИ часто сравнивали с «Запад-1981» — одними из крупнейших оперативно-стратегических учений в истории СССР. Поскольку их масштаб позволял сравнивать их с реальными войсковыми операциями времён Второй мировой войны, некоторые журналисты сделали неправильные выводы. Мол, 36 лет назад привлекали сотню тысяч солдат и тысячи единиц техники, союзников по ОВД, отрабатывали реальный сценарий противостояния с Западом. А сегодня репетировали операцию умиротворения против фейковой Вейшнории.


На самом деле это как раз тот случай, когда обилием и точностью цифр можно обмануть и запутать слабо разбирающегося в теме человека. Учения 1981 и 2017 годов при всей несопоставимости масштабов имеют много общего, и это общее в данном случае важно не менее, чем количество войск и техники.

Во-первых, в обоих случаях учения вызвали дикую истерику на том самом Западе. Во-вторых, после истерики последовали оргвыводы: страны НАТО занялись ответным укреплением границ. Однако поскольку расстановка сил за прошедшие годы изменилась, то и коснулось это разных стран. Тогда — в основном ФРГ, сегодня — Польши и Литвы, в которых как раз после завершения учений добавилось по бронетанковой бригаде. Впрочем, полезно также взглянуть немного вглубь.

Кроме того, ответом на учения можно считать т. н. «военный Шенген» — упрощение переброски воинских формирований НАТО в пределах континентальной Европы.


В-третьих, как и в 1981 году, учения стали демонстрацией не только и не столько собственно военной мощи (её иностранные наблюдатели могли отслеживать хотя бы даже на ежегодных военных парадах), сколько готовности к новой войне: с применением высокоточного оружия и автоматизированных систем управления.

Если мы внимательно присмотримся к итогам «Запад-2017», мы заметим, что в них принимала участие не просто военная техника, а техника, побывавшая до этого в Сирии (речь о БМПТ «Терминатор-2», представленной широкой публике всего 5 лет назад).


 

Кроме того:

  • Участники учений активно применяли как БПЛА, так и средства борьбы с ними;
  • Белорусы опробовали свою РСЗО «Полонез», БРДМ «Кайман», а также т. н. «радиоэлектронное ружьё» для борьбы с мультикоптерами, представленное осенью прошлого года;  
  • В ходе учений применялся даже ОТРК «Искандер-М», а их последующую отправку на боевое дежурство в Калининградскую область также можно считать итогом учений;
  • И, наконец, уже под финал учений был произведён учебный пуск ПГРК «Ярс» с космодрома «Плесецк».


Если ответом на учения становится увеличение количества войск НАТО у границ Союзного государства, то, может, и не стоило дразнить гусей? Слово военному аналитику Александру Тиханскому: «...Тенденция увеличения численности группировки Североатлантического альянса у наших границ неизменна уже два года. В странах Балтии и Польше созданы передовые командные центры НАТО, с 25 тыс. до 40 тыс. человек выросла численность сил первоочередного задействования Альянса, четыре многонациональные батальонные тактические группы Альянса (каждая около 1 тыс. военнослужащих) приведены в полную оперативную готовность. В Польше дополнительно развёрнута танковая бригада США. Кроме этого, дополнительно в течение 4 лет военные расходы увеличатся на 40 млрд долларов, а численность вооружённых сил увеличится в два раза — вот это и есть ответ на истерику вокруг учений — денежные расходы необходимо легитимизировать» (интервью для «Евразия.Эксперт»). Лишь частично упомянутая истерика камуфлирует рост военных расходов, который теперь выдаётся за реакцию на учения. Есть и другая часть истерики — свидетельство осознания, что даже запланированные расходы придётся наращивать.

Ну а Россия с Беларусью демонстрируют готовность своих армий к вызовам нового века.

Развитие союзной ПВО

Частично эта тема перекликается с предыдущей. Во время «Запад-2017» проводилась отработка применения системы ПВО России и Беларуси, восстановление которой после разрухи 1990-х с переменным успехом продолжается вот уже более 10 лет.


Функционировать-то система функционирует, но только в 2017 году необходимые документы были подписаны и ратифицированы.

Под занавес «Запад-2017» случилась не только стрельба ракетой «Ярс», но и анонс ещё одних учений. На этот раз компьютерных. Командно-штабные учения «Региональная безопасность — 2018» как раз и станут первой такого рода обкаткой объединённой системы ПВО России и Белоруссии. Фактически речь идёт о проверке того самого зенитного «зонтика» над Восточной Европой, о котором говорится в предыдущем видеоролике. Это, конечно, вряд ли понравится странам, попавшим под «зонтик», но это мероприятие станет регулярным и будет проводиться в год проведения тренировок с органами управления и дежурными по ПВО силами объединённой системы ПВО государств — участников СНГ, сообщил первый заместитель главкома ВКС РФ генерал-лейтенант Павел Кураченко.


В ходе «Запад-2017» зенитчики тоже не сидели без дела — «стреляли по своим». Не в прямом смысле, разумеется. Экипажи истребителей и вертолётов ВКС РФ имитировали вторжение нарушителей в воздушное пространство Союзного государства, выдавая себя за крылатые ракеты и стратегические бомбардировщики. А бойцы ПВО их условно сбивали. Не условно сбили 40 беспилотников.

В мае 2017 года появилось сообщение о том, что в рамках Союзного государства будет разработан ЗРК ближнего действия. Т. е. он будет не просто использоваться в рамках союзной ПВО, но и производиться как совместный продукт.

Кроме того, ведётся работа по созданию совместных российско-белорусских сервисных технических центров по восстановительному ремонту средств ЗРК «Top».


«Алмаз-Антей» вот уже почти 10 лет насыщает этими комплексами белорусскую армию (договор о развитии военно-технического сотрудничества от 10 декабря 2009 года). Контракт на поставку очередного «Тор-М2» был подписан 25 октября. Напомним, что особенностью данного ЗРК стала возможность стрельбы в движении, а также повышенная эффективность в противодействии крылатым ракетам.

Завершение нефтяного спора. Переброс транзита НП

На пользу интеграции идут не только новые проекты, но и решение затянувшихся конфликтов и досадных недоразумений. В этом смысле ушедший год запомнился, конечно же, завершением нефтяного спора между РФ и РБ.

Напомним, начался он ещё в 2016 году и, в частности, привёл к тому, что уровень экспорта нефти в Беларусь снизился с 24 до 18 млн тонн. Это, в свою очередь, привело не только к недозагрузке белорусских НПЗ, но и потере возможности белорусской стороне подзаработать на реэкспорте нефти. Право на реэкспорт было специально оговорено в межгосударственных соглашениях между правительствами РФ и РБ: в качестве алаверды это накладывало на Беларусь обязательство поставки 1 млн тонн нефтепродуктов на российский рынок. С белорусской стороны имела место недопоставка, вызванная необходимостью скорейшего завершения работ по модернизации Мозырского и Новополоцкого нефтеперерабатывающих заводов (подробнее о союзной нефтепереработке можно почитать тут).


В 2017 году экспорт нефти в РБ остался на уровне 2016 года. Однако в этот раз это объясняется заявками самих НПЗ: во II полугодии 2017-го заводы попеременно останавливались для ремонтных работ, установки депарафинизационных колонн и т. п.

Компромисс начал вырисовываться в августе, когда президент РФ Владимир Путин во время диалога с главой РЖД Олегом Белозёровым призвал «запакетировать» экспорт с использованием инфраструктуры РФ для экспорта белорусских нефтепродуктов.

В моменте задуманное выглядит неосуществимым. Так, Новополоцкий НПЗ связан с портом Вентспилс нефтепродуктопроводом, прокачка по которому заведомо дешевле ж/д тарифа. Другие порты Прибалтики, доставка НП в которые также осуществляется из Беларуси ж/д транспортом, крепко держатся за белорусский транзит, в основном потому, что российского они уже почти полностью лишились. Так, Латвийская железная дорога даже открыла в Беларуси в 2017 году своё постоянное представительство. Оно и понятно: 5,4 млн тонн, поступающие с белорусских НПЗ, это треть латвийских грузовых перевозок и 80% перевозок нефтепродуктов по железной дороге.

И тем не менее первый шаг сделан. Планировалось, что до конца 2017 года «Белнефтехим» отправит первые 72 тыс. тонн нефтепродуктов на экспорт через российские порты. Прогноз главы концерна на 2018 год — 1 млн тонн. Это стало возможным после того, как скидка на ж/д тариф для транзита нефтепродуктов была установлена на уровне 50% от тарифа.

Может показаться, что 1 млн тонн — это не так и много. Из 13 млн тонн, экспортированных белорусскими заводами в 2016 году, 4,3 млн тонн ушли на Украину, 0,3 млн тонн — в РФ. Следовательно, в западном направлении ушло порядка 8,5 млн тонн, и большая их часть — через порты Литвы и Латвии. С возобновлением поставок нефти белорусским заводам до 24 млн тонн вырастет и экспорт, т. е. суммарные потери балтийских портов составят примерно 10%. К тому же на фоне падения транзита в 2016–2017 гг. прибалты даже не сразу этот переброс заметят.


Источник: «Евразия.Эксперт». По 2017 году данные за январь — сентябрь

Однако главное, что стратегическое решение принято. А уж как именно РФ и РБ станут его реализовывать, будет видно по ходу событий. На 2017–2018 годы транзит обеспечивается скидкой. А там — как знать? Нефтепродуктопровод можно протянуть не только в порт Вентспилса. С другой стороны, переброс транзита НП будет означать увеличение транспортных издержек для других товаров — прибалты тоже умеют пакетировать стоимость перевалки с объёмами транзита. Это задача, да, но задача со многими известными. Главное, в горячке о них не забыть.

Таможенный кодекс ЕАЭС

Сейчас уже подзабылось, что Евразийский экономический союз в своё время начинался как Таможенный.

С тех пор у участников евразийского интеграционного проекта много чего случилось, и вот к началу 2018 года они снова возвращаются к вопросу таможенного контроля, поскольку теперь на всём пространстве ЕАЭС начинают работать единые таможенные правила, зафиксированные в ТК ЕАЭС. Он заменит уже устаревший Таможенный кодекс ТС от 2009 года.


На самом деле кодекс был готов ещё в конце 2016 года. Предполагалось, что документ начнёт работать уже со II полугодия 2017-го. Однако, как это типично для таких серьёзных документов, его согласование потребовало больше времени, нежели ожидалось.

Обычные граждане особых перемен не заметят. Разве что теперь можно будет приобретать товары duty-free не только на выезде, но и на въезде в любую из стран ЕАЭС (впрочем, коснётся это по-прежнему только нерезидентов). Второе изменение касается покупок в зарубежных интернет-магазинах. Их месячный лимит теперь будет единым для всех участников ЕАЭС: 1000 евро на 2018 год, 500 евро на 2019 год, 200 евро на 2020-й и последующие годы. Кроме того, максимальную стоимость одной посылки установят на уровне 22 евро — такая норма существует во многих странах, в частности, в ЕС.

Бизнес почувствует изменения сразу, обещает председатель Ассоциации таможенных представителей Беларуси Сергей Борисюк и перечисляет основные улучшения: «Оптимизация механизма совершения таможенных операций за счёт их информатизации и автоматизации, применение механизма "единого окна", смещение акцентов контроля на этап после выпуска товаров, возможность применения уведомительного принципа во взаимоотношениях "бизнес — таможня"… По действующей редакции кодекса выпуск товаров должен быть завершён не позднее 1 рабочего дня, следующего за днём регистрации декларации на товары. То есть, по сути, 2 дня. В новом кодексе предусмотрено, что выпуск товаров должен быть завершён в течение 4 часов с момента регистрации таможенной декларации». Т. е. подав декларацию утром, после обеда партию товара уже можно отправить. Кроме того, бизнесмен может получить отсрочку по уплате платежей сроком на один месяц, а для ж/д и воздушных перевозок обеспечительные платежи и вовсе обещают отменить.

Таможенный кодекс коснётся не только ВЭД предприятий. Его нормы стимулируют импортозамещение, против чего уже бунтуют компании, чей производственный процесс завязан на импорте в страны ЕАЭС продукции, производимой в других странах.


Причём это качественная, косвенная стимуляция, которую почти невозможно опротестовать через ВТО.

Рост экспорта, уменьшение затоваривания

С социальной точки зрения работу предприятий на склад можно, конечно, только приветствовать: работники уверены в будущем и рабочих местах, поставщики — в сбыте. Только вот предприятие постепенно остаётся без оборотных средств и вынуждено либо брать кредиты, либо идти на поклон к государству. Да и то второй путь доступен далеко не в каждом государстве.

Складские запасы уменьшаются, хотя и не так быстро, как хотелось бы. Если на 1 января 2017 года они составляли 3,66 млрд Br (соотношение запасов готовой продукции и среднемесячного объёма производства — 66,9%), то на 1 августа эти цифры снизились до 3,52 млрд и 58,7%. В первую очередь это стало возможным благодаря восстановлению спроса российских компаний, а также усилению динамики двусторонней торговли. Товарооборот за 10 месяцев вырос до 26,185 млрд долларов (+22,2%). С одной только Нижегородской областью он вырос на 40% и превысил 1 млрд долларов (данные за январь — ноябрь). Для сравнения: примерно столько же наторговали с Нидерландами.

Неплохие результаты показывает экспорт АПК. Так, по оценке мэра Москвы Сергея Собянина, каждый 10-й килограмм продуктов питания на прилавках Москвы родом из Беларуси. По его мнению, взаимная торговля не только выгодна белорусским производителям, но и позволила российскому рынку адаптироваться к новым условиям, вызванным санкциями.

Неплохие показатели у «БелАЗа». 96% продукции завода отправляется на экспорт, т. е. активность внешних рынков для него имеет критическое значение. Абсолютных результатов на предприятии не раскрывают, но сообщают, что рост поставок в РФ за 11 месяцев 2017 года — 82%. «Мы достигли результатов 2016 года по продажам в Россию за 8 месяцев, т. е. уже вышли на уровень прошлого года. Нет никаких сомнений, что мы увеличим экспорт нашей продукции в Россию практически в 2 раза. На следующий год ставим задачу добавить ещё 15-20%», — делился планами генеральный директор предприятия Пётр Пархомчик.

В частности, БелАЗы могут поехать в Курскую область, на Михайловский ГОК.


Сама же Беларусь сохраняет в торговле с Россией 4-е место по общему товарообороту, а также отдельно по экспорту и импорту. Напомним, ещё в 2014 году Беларусь занимала только 7-е место.

Союзный трактор

Принято считать, что бизнес и частная инициатива — синоним оперативности, так же, как государство и бюрократия — синонимы косности и застоя... Возможно, так оно и есть, но не в том случае, когда речь заходит об экономической интеграции российских и белорусских предприятий. Для чего, в принципе, необходимо восстановление кооперации, формат ЕАЭС? Чтобы в конечном счёте создавать замкнутые на его (ЕАЭС) участников производственные цепочки и общий рынок. Тем более что ещё 30 лет назад всё это существовало, осталось только восстановить и развить. Однако общие проекты движутся не так чтобы резво, и один из таких долгостроев — союзный трактор. Однако в этом году дело, кажется, сдвинулось с мёртвой точки.

Тракторы «Беларус» Минского тракторного завода собирают много где. Даже в Венесуэлу поставляются SKD-комплекты, из которых на месте на минимально оборудованной для производства площадке могут собрать трактор. Однако выпуск тракторов «Беларус» на Череповецком ЛМЗ уже справедливо называют машиностроительным кластером РФ и РБ.


В прошлом году здесь было выпущено более 1700 тракторов. К настоящему моменту каждый третий колёсный трактор в России собирается именно в Череповце. А в будущем здесь планируют нарастить производство до 3-4 тыс. штук в год, сделав «беларусизацию» производства тракторов в РФ необратимой. Откуда такой взрывной рост? Удачное сочетание сразу нескольких факторов:

  • ЧЛМЗ работает с собственной сталью, что значительно снижает себестоимость;
  • В РФ ниже тарифы на электроэнергию;
  • Привлечение кредитов для ЧЛМЗ стоит дешевле, чем для их коллег в РБ за счёт четырёхстороннего соглашения между МТЗ, ЧЛМЗ, правительством Вологодской области и «Сбербанком РФ», подписанного в 2016 году;
  • При этом компонентная база во многом остаётся белорусской. С другой стороны, специалисты МТЗ временами чуть ли не живут на ЧЛМЗ, запуская там производство новых моделей. В частности, в октябре тут открыли линию по сборке экскаватора-погрузчика, а также вторую линию по сборке тракторов.


Т. е. это именно совместный характер производства. По словам губернатора области Олега Кувшинникова, завод вплотную приблизился к 50% локализации производства. И белорусские производители от этого не пострадают, поскольку под замещение пойдут в первую очередь компоненты украинского происхождения.

Двухколёсный транспорт Союзного государства

«Мотовело» (Минск) и «Веломоторс» (Брянск) сегодня стоят в начале того пути, который к настоящему времени прошли МТЗ и ЧМЛЗ. И даже, пожалуй, больше. МТЗ и ЧЛМЗ стали вместе выпускать трактор «Беларус». «Мотовело» и «Веломоторс» хотят возродить в РФ и РБ целую отрасль, а также бросить вызов «трёхголовому байк-змею»: большая часть мирового производства велосипедов и мотоциклов сегодня сосредоточена в трёх странах Юго-Восточной Азии — Китае, Индии, Вьетнаме.

Последний, как известно, имеет с ЕАЭС соглашение о зоне свободной торговли. Индия и Китай вовсю ведут соответствующие переговоры, потому борьба предстоит нешуточная.

Азиатские производители защищены таможенной пошлиной: 120%+НДС. «Если эта продукция завозится на территорию Беларуси или России, таможенная пошлина фактически 1%. Мы просим государство: нам не надо 120%. Хотя бы процентов 20-30, чтобы была возможность возрождения этой отрасли», — говорит директор «Веломоторс» Александр Начёвкин.

Компании обратились с двумя просьбами к руководству ЕАЭС: ввести  маркировку конечной продукции и основных запчастей (для пресечения контрафактного производства и контрабанды), а также ввести утилизационный сбор на велосипеды и мотоциклы (такой же, как на импортируемые автомобили).

«Масштаб работы совместного предприятия будет зависеть от этих условий. Если они будут обеспечены, то речь идёт о строительстве в течение двух-трёх лет восьми промышленных предприятий на территории Беларуси и России», — обещает директор «Мотовелозавода» Николай Ладутько.

Ответа на просьбу пока нет, но «Мотовело» и «Веломоторс» во второй половине декабря подписали соглашение о сотрудничестве.


Как утверждает Александр Начёвкин, из дешёвого сегмента китайскую продукцию они уже в основном вытеснили — сегодня компания занимается сборкой велосипедов, мотоциклов, квадроциклов, снегоходов (частично из импортных комплектующих) под торговой маркой Stels. Однако для дальнейшей экспансии им и белорусам необходим полный цикл производства.

Искусственные сапфиры в ПВТ «Великий камень»

Тракторы и велосипеды — это отлично. Но это не означает, что все усилия Союзного государства направлены на то, чтобы снова совместными усилиями России и Беларуси выпускать трактор. Машину почтенную, но не только ради неё затевалась союзная интеграция. Итак, чем нас может порадовать высокотехнологичная промышленность.

Принято решение о размещении на территории ПВТ «Великий камень» российско-белорусского предприятия по выращиванию искусственных сапфиров. Продукция востребованная: искусственные кристаллы сапфира используются в производстве смарт-часов, смартфонов (экраны, оптические пластины для камер), светодиодов.


Источник: HBR-Russia

С российской стороны резидентом парка, скорее всего, станет ставропольский «Монокристалл» (до 30% мирового рынка искусственных сапфиров). Почти вся продукция завода уходит на экспорт, однако многие россияне носят её в своём кармане: предприятие поставляет полированные пластины сапфира для нужд Apple.

Детали совместного проекта пока не разглашаются: «Монокристалл», как мировой лидер, постоянно сталкивается с попытками промышленного шпионажа.


Однако несколько гипотез из имеющихся данных можно выдвинуть. Во-первых, запуск СП в Беларуси, скорее всего, будет зависеть от ввода в эксплуатацию БелАЭС и последующего удешевления электроэнергии. Сапфир получают из оксида алюминия, который перед этим нагревают до 2 тыс. градусов с соблюдением особых условий, а это требует большого расхода электроэнергии.


Стоимость энергии важна из-за ежегодного удешевления пластин. Собственно, доля «Монокристалла» растёт как раз потому, что конкуренты (а это в основном компании из Тайваня, Японии, Южной Кореи) не выдерживают конкуренции. И в этом смысле «Монокристалл» заинтересован не только в запуске БелАЭС в срок, но и в скорейшем создании единого энергорынка — союзного или в рамках ЕАЭС.

Можно также допустить, что увеличение доли рынка поставило необходимость увеличения мощностей по шлифовке пластин. Если так, то вероятным партнёром «Монокристалла» в Беларуси может быть гомельский «Кристалл» — одно из предприятий, благодаря которым во второй половине прошлого века на рынке бриллиантов возникло понятие «русская огранка» (ценится на 10–15% дороже).

Зачем создавать СП, если стоимость пластин год от года падает? Есть мнение, что у руководства «Монокристалла» расчёт на новый рынок — сапфировые экраны для смартфонов. Экран смартфона — это трёхслойный «сендвич» стоимостью 15–25 долл. Ставить сапфировое стекло можно и сегодня (и ставят — в премиальные или custom-модели), но это только один слой, и его стоимость — 20 долларов для 5,5” экрана. Сегодня это слишком дорого для масс-маркета. Однако с удешевлением производства сапфир станут брать охотнее. Видимо, именно к такому сценарию готовятся совладельцы будущего СП.

Зондируем Землю

Дистанционное зондирование Земли, что для РФ, что для РБ, дело не новое. Российско-белорусская орбитальная группировка спутников ДЗЗ существует уже несколько лет. Вот видео вывода на орбиту белорусского аппарата 5 лет назад.


Спутники ДЗЗ необходимы для получения качественной съёмки земной поверхности. Такие снимки, да ещё в хорошем разрешении — тоже товар и весьма недешёвый. Если спутника нет, покупай и не торгуйся.


К настоящему моменту, т. е. чуть более чем за 5 лет, за счёт эксплуатации спутника Беларусь уже отбила расходы его создание, а также на создание наземной инфраструктуры.

Сегодня группировка состоит из нескольких российских и белорусского аппаратов. Этим летом было принято принципиальное решение делать совместный: меморандум о намерениях подписали в рамках IV форума регионов России и Беларуси, мероприятия как раз и направленного на стимуляцию подобных проектов.

Стоимость спутника — 180 млн долларов (это уже с учётом вывода на орбиту). Доставка к месту работы — российская зона ответственности, как и платформа спутника. Беларусь обеспечит «начинку» — электронную и оптическую аппаратуру.

В отличие от действующего белорусского спутника, аппаратура совместного будет всепогодной, т. е. осадки и облачность не будут влиять на качество снимков.


Планы корректируются буквально на ходу. Так, буквально на днях стало известно, что из российско-белорусской она станет российско-белорусско-казахстанской. Учитывая это, говорить о том, сколько всего будет спутников в группировке, можно лишь приблизительно. Осенью белорусская сторона выдвинула предложение довести количество до 24 штук. Теперь же к ним нужно прибавить спутники Казахстана. Заместитель Госсекретаря Союзного государства Алексей Кубрин уточняет, что число взято не с потолка: «Чтобы можно было быстро реагировать [на стихийные бедствия], необходимо работать в реальном режиме времени. Чтобы так работать, надо иметь группировку из не менее 24 спутников» (сегодня в группировке зондирующих только 4).

На самом южном континенте

Экспедиция в Антарктиду для белорусских полярников — дело привычное, в 2017 году на Южный полюс отправилась десятая по счёту экспедиция. Однако в прошлом году экспедиция готовилась при поддержке России. Что и неудивительно: в Антарктиде 9 российских станций, 5 из которых обитаемы круглый год. Круглогодичной станет и белорусская антарктическая станция, планируется, что это случится к 2019–2020 гг. Таким образом, десятой (возможно, одиннадцатой) экспедиции предстоит совершить для этого последний рывок. Для этого нужно успеть до февраля — марта 2018 года смонтировать 4 секции 8-секционного служебно-жилого модуля. Это второй по счёту модуль БАС, после завершения строительства он станет основным. Именно в 2017 году было начато его строительство: смонтирована платформа и установлена первая секция.


Секциями, конечно, дело не ограничится. Круглогодичное пребывание на базе увеличит потребность в электроэнергии и расход топлива. «Сейчас на сезонных работах нам хватает 20-60 кВт мощности. А во время круглогодичного пребывания, когда в разгар зимы там будут морозы минус 50-60, нужны 2-3 электростанции мощностью 115 кВт. И необходима нефтебаза», — перечисляет начальник экспедиции Алексей Гайдашов.


Можно и не успеть. «В этом году мы отправляемся в экспедицию раньше обычного — в конце октября. Российское судно "Академик Фёдоров" уходит 26 октября из Санкт-Петербурга. Обычно мы прибывали к концу декабря, а в этот раз уже в первой половине месяца будем на месте, то есть сезон будет более длительным», — планировал в августе 2017-го Алексей Гайдашов. Однако по факту рапорт об успешной высадке он представил в НАН Беларуси только во второй половине декабря, отметив, что высадка заняла трое суток и нередко её приходилось прерывать из-за сильного ветра. Сильного — это более 25 м/с. Бывает втрое сильнее.


Осваивать Антарктиду на пару для РФ и РБ более чем логично. Во времена СССР более сотни белорусских специалистов изучали этот континент. Кроме чисто научных интересов, тут есть и практические.

«Мы ведём активную работу, чтобы в районе нашей станции оценить биопродуктивность морских биологических ресурсов. Делаем это для обоснования заявки в морскую комиссию ООН на определённые квоты на вылов или добычу морских ресурсов. Для этого не нужно заводить свой рыболовный флот. Эти квоты с успехом можно продавать другим государствам», — объясняет Алексей Гайдашов. Впрочем, квоты — это только начало. Уже в середине века эксперты прогнозируют отмену запрета на освоение природных ресурсов Антарктиды. И, конечно же, приоритет будет за странами, успевшими застолбить за собой кусок континента.

Недоработочки

О негативе писать всегда сложнее и тяжелее. Хотя пользы от этого обычно больше. Как и любой анализ, такой сеанс самокопания обычно оказывается не только ретроспективой допущенных промахов, но и своего рода «гайдом» на будущее: как не повторять старых ошибок, как не наделать новых.

Необходимо отметить, что всё, о чём пойдёт речь ниже, так или иначе сводится к одной и той же причине. В формате СССР происходила интеграция однотипных образований — советских республик. Однотипных политически, а главное, экономически.

Сегодня и близко не так. Для упрощения можно считать экономические модели РФ и РБ госкапитализмом. Только на таком упрощении их похожесть заканчивается. Пример кооперации МТЗ и ЧЛМЗ показывает, что должно пройти не менее 5 лет, чтобы госкапитализм (да не простой, а союзный) получил от этого самого государства поддержку в виде льготной кредитной линии от госбанка.

Не говоря уже о том, что за годы независимости оба государства приобрели известную инерционность.

Итак, поскольку нет смысла ранжировать неудачи, просто перечислим моменты, которые в рамках союзной интеграции, казалось бы, уже давно должны быть утрясены. Но всё никак.

Союзные корпорации. Машиностроительный кластер в Череповце и пока ещё виртуальное велосипедо-мотоциклетное объединение — редкие примеры правильного понимания государством и/или частными структурами восстановления прежних связей и создания новых.

Кроме условного  «союзного трактора» (будем считать его состоявшимся), есть «союзный тягач/грузовик», «союзный сельмаш», «союзная микроэлектроника». Одним (как производителям компонентной базы для электроники) объединяться приказывает сама судьба: их будущее — совместные же проекты по освоению космоса, военные заказы, инфраструктурные проекты, иного нет. Другим создание СП могло бы помочь перестать конкурировать в одних нишах или снизить издержки производства (МАЗ и КамАЗ).

Выше мы уже указывали на этот парадокс. Когда государству понадобилось, холдинги вроде ОСК, «Вертолёты России» оформились довольно быстро и существуют по сей день.

Логическое объяснение тут может быть только одно. Бизнес так и не стал субъектом интеграционных процессов в рамках Союзного государства и наблюдает их как бы со стороны.  

Если довести это до абсурда, вспомнив аргументационную базу времён приватизации (государство — неэффективный собственник и прочее), то можно было бы выступать с зеркальными лозунгами, требуя национализации предприятий под соусом их неспособности к интеграции к обоюдной выгоде. От чего в конечном счёте страдают граждане СГ, теряющие рабочие места.  Дескать, передать КамАЗ в управление правительству РБ, оно разберётся.

Нет, мы не собираемся до конца документа хвалить государство, которое до сих пор не наладило нормальный режим пересечения российско-белорусской границы гражданами третьих стран. Смешнее всего, что проблема выросла как раз из интеграционных процессов: для граждан РФ и РБ граница как бы перестала существовать. К сожалению, вместе с границей ликвидировали и пункты пропуска, что привело к достаточно глупой ситуации. Гражданин третьей страны, находящийся в РФ, не может легально посетить соседнюю Беларусь, кроме как авиатранспортом, поскольку при возвращении его направят «искать границу» — пропускной пункт с обычным, а не облегчённым режимом пересечения.

Исправить недоразумение обещают под ЧМ-2018, введя режим взаимного признания виз.


Спасибо и на том, только вот если бы не чемпионат, сколько бы это безобразие продолжалось?

Ещё один «камень в огород» — внутренний роуминг, в особенности если речь об одном и том же операторе сотовой связи, у которого российские абоненты вынуждены платить повышенный тариф за общение с белорусскими. При этом с обеих сторон неоднократно звучали голоса за отмену, в Госдуму даже вносился законопроект об отмене — и никак.

Между тем в Европе к этому подошли радикально. Внутри ЕС роуминг уже давно отменён, однако это ещё не всё. Осенью 2017 года стало известно о развитии программы «Восточного партнёрства», получившей название «Восточное партнёрство+». Одним из бонусов, предлагаемых для стран ВП, является как раз отмена роуминга. Подчеркнём: для стран, которые даже не входят в ЕС.

Но которым в ЕС решают выдать такой бонус. Это как если бы Союзное государство, заинтересованное в развитии отношений, скажем, с Таджикистаном, приняло решение об отмене роуминга при звонках в эту среднеазиатскую республику. Однако на деле руководство СГ не субъектно в принятии подобных решений, и даже внутри СГ Россия и Беларусь друг для друга — заграница. Впрочем, что говорить, если операторы даже внутри РФ саботируют отмену роуминга.


Бессубъектность СГ проявляется не только в этом. Недавно СОНАР-2050 даже публиковал материал о бюджете СГ. Если кратко, большая его часть уходит на своё же содержание.

Либо к бюджету необходимо выдать (ограничить, оговорить) какую-то компетенцию, либо стоит подумать о сокращении бюджета. Сотня миллионов долларов в год — хорошая сумма, ими можно льготно финансировать нерешительных бизнесменов, которые никак не дозреют до совместных машиностроительных корпораций. А то и вовсе потратить на несуществующую пока отрасль вроде роботостроения.

Вернее, пока даже не отрасль, а отдельные перспективные проекты — вроде совместного российско-белорусского проекта по производству медицинских роботов-симуляторов для обучения будущих врачей.


Источник: sechenov.ru

Или создания белорусского электромобиля (тема выстрелила сразу гроздью вариантов — от электровелосипеда до электротрактора). Нам остро не хватает эффективной инфраструктуры поддержки подобных перспективных проектов.